«The Grand Tour? Все это я уже видел». Дженсон Баттон подводит итог карьеры

0
249



В интервью для GQ английский гонщик рассказывает о коллегах, шоу Джереми Кларксона, любимого автомобиля, и в лучшем напарнике.

«Нико Росберг выиграл титул в ближайший уик-энд…»

Да, если в него кто-нибудь не врежется. Я в том смысле, что Льюис Хэмилтон был очень богат, летают на частных самолетах, и все это – так что я уверен, что он может себе позволить, чтобы мне платит. Несмотря на то, что я смогу выбить Нико только тогда, когда он обгонит меня на круг, потому что мы не достаточно быстро. В любом случае, я открыт для предложений. А еще я заканчиваю свою карьеру, и…о, нет, это я уезжаю в отпуск.

«Сегодня я посмотрел издание The Grand Tour, расположенной в ванной комнате…»

Ну да, такие шоу нужно смотреть в ванной комнате. Понравилось ли мне? Все это я уже видел и раньше. Они гоняют на все эти машины, что и в других шоу. Было весело, несмотря на то, что что-то им не хватает. Как гонщик, меня немного расстраивает, что на все эти шоу, они только и делают, что пускают машины в занос и снятия шины. Я знаю, нам всем нравится, но я начинаю думать: «Бедная машина». Я люблю машины, а они их уничтожают.

«Если бы я мог оставить один автомобиль из коллекции…»

Сложный вопрос. Я мог бы отказаться от эмоций и могут позвонить в конкретный автомобиль, но не будет. Я люблю свой «Макларен» P1, но если бы мне пришлось оставить только один, то я бы выбрал машину соперников. У меня есть «Ferrari» F40, которую я обожаю. Я никогда не купил этот автомобиль, она дорога моему сердцу. В детстве у меня на стене висели три плаката Барт Симпсон, Памела Андерсон и «Ferrari» F40. Не знаю, кто из них лучше сохранился, но, по-моему, это F40.

«Формуле-1″ нужно больше подлинных личностей…»

Вот почему я очень рад, что у нас есть кто-то, как Даниэль Риккардо – Рикки Бобби, как я его называю. Он хороший друг и во многом он не интересует, что о нем думают…он просто остается самим собой. То, что мне нравится в ней.

«Формула-1» и «Формула Е»…

Я думаю, что они хорошо проделанную работу, после того, как удалось договориться о проведении турниров во многих странах и городах. Здорово погони по улицам лучших городов в мире… Звук мне не нравится, хотя сами соревнования, я думаю, получаются очень неплохими. Я разговаривал с несколькими пилотами «Формулы-E», и ребята рассказали мне, что их болиды были быстрые трассах сложные, а гонки получаются зрелищными. Хотя, все это относительно.

«Я о том, что женщины выступали в гонках…»

Я бы только, если, кроме меня, в пелотоне еще на 21 женщина. Я думаю, что мы должны организовать в новой гоночной серии. Хотя, может быть, мне не стоит так сказать? На самом деле, как кто-то уже предлагает создания отдельной гоночной серии для женщин, хотя я не согласен…потому что, если вы достаточно хорошо вы были хорошо в любом месте. Гонки – это не бег на стометровку, а не марафон. Если вы достаточно хороши, то будет выступать в «Формуле-1» – и не важно женщина ты или мужчина. Рано или поздно это случится, и когда это произойдет – будет здорово.

«Самый страшный момент, вероятно, был в Монако…»

В прошлом году я езжу в первом повороте, и машина, ехавшая впереди, оторвала крышку одного из канализационных люков, когда проезжала по нему. Как правило, все они приварены, но тот отвалился. Он взлетел в воздух, ударил в переднюю антикрылу мою машину и повредил подвеску. Я думаю, что повезло – взлети он на метр выше, и все могло бы закончиться гораздо хуже. Так что мне было страшно.

Самый неприятный момент был в 2003 году, снова в Монако. Я пошел из туннеля на скорости около 290 км/ч и заблокировал колесо на торможении. Я врезался в отечественных забор, после чего автомобиль бросил в другой стене – при ударе перегрузка составила около 35 граммов. Это очень. Удар послал меня в нокаут. Я помню, как пришел в себя, а Сид Уоткинс – врач «Формулы-1», которая, к сожалению, уже нет с нами – он стоял надо мной и улыбался. Какие-то люди срезали c меня комбинезон и кололи обезобливающее, и Сид спросил: «Где болит?». Я ответил, что у меня очень болит левая нога. Он спросил: «действительно ли?». Я ответил: «Нет, правая нога». Он снова спросил: «действительно ли?». А я ответил: «Нет, руку…на левую руку». А потом начал смеяться, потому что все болело из всей фигни, которую они в меня закачивали.

«Если бы я был в состоянии позвать на ужин четырех коллег-конкурентов…»

Именно Рикки Бобби, ну это Даниэль Риккардо. Во-вторых, Фелипе Масса, в конце концов, он закончил свою карьеру. Очень весело может быть в компании Фернандо Алонсо…это Так, теперь я застрял. Вы Знаете, что в последнее время Себастьян Феттель, который прислал мне сообщение через WhatsApp, и я был просто в шоке от его содержания! Невероятно! Хотя нет, я до сих пор не позвонил. Думаю, что я позвал Даниила Квята, потому что с ним тоже очень весело. Есть еще один интересный момент. После гонки пилоты довольно часто обмениваются каски, в которые попали в аварию. Недавно Даня спросил, могу ли я дать ему свой шлем. А когда я спросил, почему, он рассказал такую историю, что я был единственным пилотом «Формулы-1», которые он когда-либо просить автограф. Даня сказал: «Я хотел поладить с девушкой, и взял для нее твой автограф». Это было около десяти лет назад, когда он еще не выступал в «Формуле-1». Так что…у меня есть поклонник. Несмотря на то, что с девушкой, Дэнни это, очевидно, не сработало.

«Во время гонок, сбили только одно животное. Птица. Извините…»

Это случилось во время моей стране тесты за «Уильямс» – в 2000 году в южной АФРИКЕ. Я ехал по прямой в Кьялами и прямо в меня влетела птица – хорошо, или это я поехал прямо в нее. Ну, не важно. На болидах «Формулы-1» совсем немного на лобовое стекло – высота 10 мм. Птица врезалась прямо в него, а затем в мой шлем, а затем вылетел для подачи воздуха над головой. Была грязная. Странно то, что, выбравшись из кабины, обновления, мне было очень жаль бедную птицу, но когда я вернулся в ящиках и хотел снова сесть за руль автомобиля, то обнаружил, что не могу им управлять, потому что потянул дверь. Проклятая птица!

«Мой любимый коллега все время…»

Рубенс Баррикелло. Мы были вместе четыре года, вместе пережили тяжелые времена. Я о том, что в какой-то момент из моей команды, что вообще прекратили свое существование – в конце 2008 года. А в 2009 году. мы вместе выступали за «Браун», и это что-то особенное. А еще Рубенс был мой лучший партнер с точки зрения работы с настройками болида. Фернандо Алонсо также был очень хорош в этом, но Рубенс – это просто другой уровень. Скажем, я отлично понимаю, почему Михаэль Шумахер хотел, чтобы Рубенс так долго остается его партнер.

Источник – GQ

Фото: instagram.com/jensonbutton_22





Warning: A non-numeric value encountered in /home/p447490/www/auto-ost.ru/wp-content/themes/Newspaper/includes/wp_booster/td_block.php on line 353